Корабль Селестии лежал в кратере, будто раненый зверь, но его живая оболочка продолжала работать. Нанокомпозитный корпус медленно стягивал трещины, втягивая в себя обломки, как организм, заживляющий рану. Под поверхностью мерцали слои графеновых решёток, восстанавливая проводимость. Остаточные поля квантовых аккумуляторов пульсировали, пытаясь перезапустить системы. Внутри слышалось тихое шуршание — рой ремонтных нанитов собирал разорванные кабели, выращивал новые сегменты обшивки. Даже обугленные панели дышали теплом, словно вспоминая форму, которую должны принять. Корабль не сдавался: он восстанавливался, потому что был создан не просто летать — а выживать.